Сказки народов мира

Жил я с дедушкой, а батька мой тогда еще не родился: по тому самому, как начался свет, — было мне семь лет.
Жили мы куда богато! Был у нас большой дом из одного кирпичика — глазом не окинешь, а взглянуть не на что; светом обгорожен, небом покрыт.
Лошадей было много: шесть кошек езжалых, двенадцать котов стоялых; один жеребец бойкий — кот сибирский был на цепь прикован возле печки к столбу.
Земли у нас с дедом было видимо-невидимо: пол да лавки сами засевали, а печь да полати внаймы отдавали.

Приезжает в один приход архиерей, а в деревне, где был приход, жили две старухи. Они никогда не видали архиерея. Старухи говорят своим сыновьям:
— Надо сходить в церковь и увидеть архиерея.
Сыновья стали учить своих матерей, как подойти старухам под благословение.
— Нужно правую руку положить на левую и подойти к нему, а он положит на ваши руки свою, тогда целуйте руку.

В старые-стародавние времена царь Горох воевал с грибами.
Гриб боровик, над грибами полковник, под дубочком сидючи, на все грибы глядючи, стал приказывать:
— Приходите вы, белянки, ко мне на войну!
Отказалися белянки:
— Мы — столбовые дворянки! Не пойдем на войну!
— Приходите, вы, рыжики, ко мне на войну!
Отказались рыжики:
— Мы — богаты мужики! Не пойдем на войну!
— Приходите вы, волнушки, ко мне на войну!
Отказалися волнушки:
— Мы, волнушки, — старушки! Не пойдем на войну!
— Приходите вы, опенки, ко мне на войну!

Жили-были дед да баба. Они пошли за грибами в лес и нашли уточку. А та уточка была кривая. Они ее взяли и принесли домой.
Назавтра встали и опять пошли за грибами, а ей сделали y течье гнездышко из перьев.
Они ушли, а уточка обернулась девушкой, избу вымыла, воды наносила и пирогов испекла.
Дед и баба пришли и спрашивают:
— Кто это у нас так все прибрал?
А соседи им говорят:
— У вас тут кривенька девушка воду носила.

Жил-был старик; у него было три сына, третий — Иван-дурак.
Какой-то был тогда царь — это давно уж было, — у него была дочь. Она и говорит отцу:
— Позволь мне, батюшка, отгадывать загадки; если у кого отгадаю загадки, тому чтобы голову ссекли, а не отгадаю, за того пойду замуж.
Тотчас сделали клич; многие являлись, всех казнили: царевна отгадывала загадки.
Иван-дурак говорит отцу:
— Благословляй, батюшка! Я пойду к царю загадывать загадки!
— Куда ты, дурак! И лучше-то тебя, да казнят!
— Благословишь — пойду, и не благословишь — пойду!

В некотором царстве, в некотором государстве было озеро. Берега у этого озера были высокие, обрывистые. Повадился ходить на берег чёрт. И ходил каждую ночь. Как только настанет полночь, выходит из воды косматый, седой старик, сядет на берег и закричит:
— Год года хуже! Год года хуже!
Надоело это мужику — он жил недалеко от берега. Припас мужик березовую дубину и стал ждать.
Вот наступила полночь, выходит из воды черт. Сел на берег, поджал ноги под себя и ну кричать:
— Год года хуже! Год года хуже!

Богатый купец часто зазывал к себе всяких людей, поил, кормил, угощал: только коли кто скажет ему противное — того непременно поколотит.
Раз зазвал он к себе ямщика. Тот отпряг лошадей, вошел в хоромы и после долгого угощения сказал:
— Довольно, хозяин! Мне пора ехать.
Купец давай его бить, так что ямщик едва вырвался и стал запрягать лошадей. Купец за ним. Ямщик нарочно начал дугу вкладывать кольцом назад. Купец закричал:
— Не так вкладываешь!
А ямщик давай его бить да приговаривать:
— Не твое дело указывать! Не твое дело указывать!

Жил-был поп. Нанял себе работника, привел его домой.
— Ну, работник, служи хорошенько, я тебя не оставлю.
Пожил работник с неделю, настал сенокос.
— Ну, свет, — говорит поп, — бог даст, переночуем благополучно, дождемся утра и пойдем завтра косить сено.
— Хорошо, батюшка.
Дождались они утра, встали рано. Поп и говорит попадье:
— Давай-ка нам, матка, завтракать, мы пойдем на поле косить сено.
Попадья собрала на стол. Сели они вдвоем и позавтракали порядком. Поп говорит работнику:

Был-жил старик со старухою; у них было три сына: двое умные, третий — Иванушко-дурачок. Умные-то овец в поле пасли, а дурак ничего не делал, все на печке сидел да мух ловил.
В одно время наварила старуха аржаных клецок и говорит дураку:
— Ну-ка, снеси эти клецки братьям; пусть поедят.
Налила полный горшок и дала ему в руки; побрел он к братьям.
День был солнечный; только вышел Иванушко за околицу, увидел свою тень сбоку и думает:
«Что это за человек? Со мной рядом идет, ни на шаг не отстает; верно, клецок захотел?»

Дело было весною. Вынесли бабы холсты белить.
— Ну, — говорят, — теперь надо смотреть да смотреть, как бы кто холстов не украл!
— У меня все будет цело! — стала похваляться одна старушка. — Кто к моим холстам только руку протянет, тот с места не встанет!
Похвальные речи завсегда гнилы; старуха-то выдавала себя за колдунью, а какая колдунья!
Вот разостлала она по полю холсты и уселась сторожить. Проходили мимо двое солдат и вздумали поживиться чужим добром.