Американские сказки

Одни говорят, Поль Баньян жил давно-давно, а вот некоторые уверяют, что он и поныне жив. Что ж, по-своему правы и те и другие. Да вы и сами с этим согласитесь, когда услышите, что о нем рассказывают. Начнем же с самого начала, издалека. .
Родился Поль лет полтораста назад. Правда, назвать точно день его рождения никто не может. Метрик тогда не писали. Но одно совершенно достоверно: на другой же день после своего рождения Поль потребовал пышек, да порумяней.

Америка знала много славных пионеров: великана-лесоруба Поля Баньяна, ковбоя диких прерий Пекоса Билла, доброго фермера Джонни Яблочное Зернышко и еще многих «золотых петуш-ков», прославившихся своей силой, отвагой и великими делами.
Таков был и Питер Франциско из штата Виргиния. Люди всегда готовы поведать о его редкой силе и бесстрашных подвигах.
Нам бы хотелось рассказать о нем три увлекательных и веселых истории, но, к сожалению, не хватает места.

Про кого обычно рассказывают всякие небылицы? Мы имеем в виду- про каких животных? Ну само собой, про небывалых. Про чудо-животных. Про таких, которые или невероятно велики, или бегают невероятно быстро, или невероятно умны.
А вот сейчас мы вам расскажем историю про быка, который был почти совсем обыкновенным быком, за исключением одного раза, когда он показал себя на свадьбе, да так, что всем надолго запомнился этот случай. Вполне возможно, он был чуточку крупнее и сильнее обычных быков, что водились на юго-западе страны, но прославился он совсем не этим.

К тому времени, когда Майк Финк победил Дэви Крокета в состязании по стрельбе, он был уже давно знаменит. Его называли Королем Гребцов, а почему, вы скоро узнаете. Сначала мы вам расскажем про его детство.
Майк родился в маленькой деревушке Питтсбург, что стояла на восточной границе Дикого Запада, на фронтире то есть. Валить деревья он научился раньше, чем у него прорезался второй зуб, не говоря уже о стрельбе из лука. Еще двух слов он не мог сказать, а в белку на лету попадал точнехонько.

Среди первых поселенцев провинции Альберта встречалось немало любителей присочинить и вообще людей, которые, как говорится, не лезут за словом в карман. Но, по всеобщему убеждению, тремя самыми выдающимися врунами в окрестностях Калгари были братья Макдугал – Дэйв и Джон. Почему тремя, спросите вы? Ну, первым вруном был, конечно, Дэйв, а Джон... Джон мог свободно сойти за двух!

Как-то раз появился койот в том месте, где река Колумбия впадает в океан, а там неподалеку жила женщина-сова – злая старая ведьма, которая много лет подряд губила попавших к ней людей. Привяжет ведьма человека к лодке и пустит по воде во мглу. – Уходи навсегда! – приговаривает. Вернется лодка, а на ней лежат человеческие кости. На берегу стояла толпа несчастных: каждого из них ждала печальная участь. Бедным пленникам очень хотелось избавиться от злобной старухи, но колдовство ее лишало их силы.

Один портной, первый раз в жизни увидев Ниагарский водопад, воскликнул:
– Вот где можно отмыть все пятна с сюртука!

Во Флориде почти каждый охотник, лесоруб или рыбак, живущие на болоте, в лесу или на берегу озера, могут рассказать вам о папаше Меншене, если вам удастся вызвать их на откровенную беседу. Вы будете держаться за живот от смеха, потому что истории про папашу Меншена все такие.
Он был чудо что за человек. Силен, как знаменитый молотобоец Джон Генри. Мог работать десятифунтовым молотом почище машины. Был умнее всех вокруг на три тысячи миль. Во всяком случае так утверждают флоридцы из графства Поулк.

Шла пантера по лесу. В то же самое время шел по лесу медведь. Идут они друг другу навстречу, и сами того не знают. Встретились у ручья. Перейти ручей можно только по стволу упавшего дерева.
– Прочь с дороги! Прочь с дороги! – кричит пантера и ступает на ствол.
– Ишь чего захотела, – говорит медведь, – сама уходи прочь с дороги! – И тоже ступает на ствол – с другой стороны.
Столкнулись они на самой серединке, подрались, и оба упали в воду. Кое-как выбрались на бережок.
– Я сильнее всех! Я сильнее всех! – рычит пантера.
– Ничего подобного! – ревет медведь.

В старину разбойники встречались повсюду. И в Алабаме, и в других штатах.
Про этих отчаянных, которые не боялись ни Бога, ни черта, ни закона, ни шерифа, рассказывают в народе несчетное число разных историй.
Например, про Стива Ренфро, который сам был когда-то шерифом, а потом сделался разбойником. Его объявили вне закона, а он возьми да явись в город Ливингстон верхом на белом коне. Длинные волосы развеваются по ветру, серебряные шпоры на сапогах так и блестят. Чужие замки и засовы слушались его, словно ручные звери.