Американские сказки

А сейчас вы услышите сказку, которую чья-то пра-пра-прабабушка рассказала своей маленькой внучке много-много лет назад...
 
Жили-были маленький старичок и маленькая старушка в маленьком домике на краю леса. Всё у них в жизни спорилось, одного только не хватало – не было у старичка и старушки детей. И вот однажды, когда старушка раскатывала на столе пряник из имбирного теста, она взяла да и сделала его в форме маленького человечка! С ручками, ножками, с головой – и поставила в духовку.

Все йоркширцы родом из Англии, из графства Йоркшир.
Но вот йоркширец приехал в Америку – в Новую Англию – и стал самым настоящим янки.
Известно, что янки очень любят хитрить, темнить, торговаться, когда заключают сделку. Но если уж они ударили по рукам, то от своего слова никогда не отступятся.
Однажды фермер-йоркширец пахал на своем поле, и вдруг лошадь его пала прямо посередь борозды.
Фермер оставил ее лежать, где она упала, и тут же поспешил к своему соседу, чья ферма находилась милях ь пяти от его.
Он поднялся на крыльцо, постучал в дверь.

Сколько б мы ни рассказывали вам про чудо-героев и чудеса, какие они творили, всего мы никогда не перескажем. Что ж, неудивительно. Страна Америка ведь такая большая, и всегда где-нибудь что-нибудь да происходит небывалое.
Мы, к примеру, не успели рассказать про знаменитых неповторимых женщин. Взять хотя бы внучатую племянницу Поля Баньяна, которая.живет теперь в Техасе. Чтобы не потерять спортивную форму, она каждое утро начинает с пробежки по колючей проволоке. Босиком. С дикой кошкой под мышкой.

Одного янки судьба занесла как-то в Новый Лондон. Он приехал туда дождливым осенним вечером и решил зайти погреться в таверну. Однако возле уютно пылавшего очага не оказалось ни одного свободного местечка. Собственно, так тому и полагается быть в холодный осенний вечер. Само собой, никому в голову не пришло уступить ему место или хотя бы подвинуться. Тогда усталый янки кликнул хозяина и приказал задать корм его коню, а именно: приготовить свежих устриц, да побольше! Этот приказ ему пришлось повторить дважды, нет, трижды, пока хозяин, наконец, не уразумел, что же требует от него новый гость.

Один вермонтец перегонял кленовый сок на сахар и, когда дело было сделано, вернул хозяину его котел. Хозяин подал на вермонтца жалобу, что тот испортил его котел.
Защищаясь в суде, вермонтец привел три довода:
– Во-первых, я вернул котел совершенно целым и невредимым. Во-вторых, он был уже с трещиной, когда я брал его. А в-третьих, я его вообще никогда в жизни не брал.
Так какой же довод лишний?

Один фермер наведался в адвокатскую контору за советом.
– Ваша честь, – сказал он адвокату, – я пришел к вам по делу, которое меня сильно тревожит.
– Что ж, изложите все по порядку, – предложил адвокат.
– Предположим, у кого-то на участке протекает речка, – начал истец. – А его сосед, тот, что живет ниже по течению, перекрывает речку плотиной, и вода заливает участок первого фермера. Что в таких случаях можно сделать?

Как-то между двумя янки произошел очень интересный разговор.
- Вы слышали, мистер Блитц, в Нантакете выпускают машины для производства мускатного ореха?
- Да-а? А как это у них получается?
- Очень просто. Закладывают в машину дерево целиком, потом поворачивают ручку - трэнк! - и вместо ствола машина выбрасывает бекон, ветчину и копченые языки. А вместо веток и толстых сучьев - деревянные часы и мускатный орех. Остальное перерабатывается на огуречные семена, слабительные пилюли, дамские шляпки и прочее.
- Недурная машинка!

Джон Генри еще под стол пешком ходил, а уже молоток крепко в руках держал. Он вечно болтался под ногами у взрослых, которые работали молотком и гвоздями, и стоило ему найти гвоздь, хоть ржавый, хоть целый, он тут же вколачивал его в стену своей хижины. Можно даже сказать, Джон рос с молотком в руках.
Отец и мать Джона были рабами, как и все прочие негры в Америке. Но когда в 1865 году кончилась гражданская война и президент Эб Линкольн подписал освобождение негров из рабства, Джон Генри оставил плантацию и занялся металлоломом.

Каждый и всякий в краю скотоводов скажет вам, кто такой Пекос Билл. Он был самый дикий на Диком Западе. И не кто-нибудь, а именно он изобрел лассо. Он вырос среди койотов и знать не знал, пока ему не стукнуло десять лет, что он не степной волк, а человек.

Задолго до того, как негр Джон Генри одолел в состязании паровой бур, по свету гуляла слава еще про одного негра Джона.
Он был рабом на плантациях Юга. Другие негры, тоже рабы, прозвали его Большой Джон Освободитель.
Отчаянный он был малый. Но не это главное. Куда бы Большой Джон ни пришел, что бы ни сделал, с ним неразлучен был смех. Ох и любил он шутить, и сочинять песенки, и рассказывать всякие небылицы. Веселье никогда не оставляло его, потому как чуял он – свобода грядет.